Домбайские этюды

Написал(а) Юрий Кожухов

04.10.2008 г.

Невиномыск. Вокзал. - Эй, дарагой, такси, такси. ДамбайТебердаЭльбрусАрхызКудаВезти? - Мы на автобусе, спасибо. - Ты что??! Автобус уже пол года не-хо-дит, ничего нет, мамой клянусь! Если бы мама этого «хачика» слышала своего сына, который каждый год нам врёт что он единственный здесь представитель транспортных услуг населению – ей стало бы стыдно. Хотя… Я, например, никогда не видел стыдящихся черкесов. И карачаевцев… А вы? Маршрутка у Алика до Домбая стоит 6 000 RUB. Не долго думая, садимся к… дружелюбному Славику из Ростова в «Газель». Не то, что бы Славик лучше Алика. Просто у него цена 3 250 RUB + МP3 c записями Высоцкого. Едем. Оформление документов в погранотряде. Долго – если ты украинец или просто буржуй с Чехии. «Немнога дэнег стоит. Всё сдэлаю. 150 рублей с человека» - если помогает местный водитель. Бесплатно и 2-3 часа ожидания - если заблаговременно выслать списки по факсу. Ну, а если жена командира отряда – ваша землячка из Брестской области и бесплатно, и всего 30 минут ожидания. Никак не могу привыкнуть к Кавказской навязчивости. Стоим, оформляем документы. От группы ничего не делающих местных аборигенов-водителей отделяется крепкий парень и идёт к нам. - Здравствуйте, а сколько вас человек? Куда ехать? - Никуда тебе не ехать. У нас свой автобус. - Ну я хочу знать войдёте вы в мой бус или нет. - Не-вой-дём! У нас свой бус. В метре от тебя. С надписью «Домбай»! От группы аборигенов-водителей отделяется бывалый «аксакал-водитель»: - А сколько вы денег дали ему? – спрашивает второй, показывая в сторону нашего Славика. Мы конечно толерантный народ, но партизанская кровь дедушек даёт себя знать. Переходим на два тона выше.  - НЕ ПОЙДЁМ МЫ В ТВОЙ АВТОБУС! ПОНЯЛ? КАКАЯ РАЗНИЦА СКОЛЬКО ДЕНЕГ!? ПОНЯЛ? МЫ К ТЕБЕ В КАРМАН НЕ ЛЕЗЕМ! ЕДЬ КУДА ЕХАЛ! - А! Вы в Домбай, ребята. Что и спросить нельзя…? – опускает глаза детина и виновато смотрит в сторону дедушки. Нам становится немного неловко – наехали на мирно пасущегося в поисках денег парня. Но с другой стороны – они вообще слова в режиме «не громко» слышат?  Домбай – дружелюбный. Там уважают всех. Потому что у всех есть деньги. Это курортный город. Он живёт за счёт всех. Курорт вырос за последние 10 лет раз в десять. В прошлом году наш тренер на краю посёлка под камнями в соснах оставил заброску на следующий год. Заброска – осталась. Но над ней уже в этом году возвышались два новеньких пятиэтажных дома. Магазины, рестораны, бани, гостиницы. Всё есть. В 1996 году местные жители знали все группы на пересчёт. Работало два магазина. Завоз хлеба два раза в неделю. Но вязаные носки и свитера продавали всегда. Заинтересовались у продавщицы  разноцветных  вязаных носков о технологии покраски нитей. Она засмущалась и ответила, что не знает. - Вяжете вы? - Я. - Но шерсть местная? - Почти. - Как почти? - Мне её сын привозит из далека…. Из Пинска. Там дешевле. Да…! Ехать на Кавказ и купить Черкесские носки из натуральной полесской шерсти? Поздно. Купили. Носить будут родственники. Идём отмечаться в спасотряд. Не доходя метров пятьдесят, один из спасов присмотревшись ко мне крикнул: -Эй, белорус, какой рюкзак несёшь? Небось  Deuter Guide 45+ ? Сколько хочешь за него? - Не продаётся. Домбайский спасотряд лучший на Кавказе. Он только за снежный период по 360 человек спускает с лыжных склонов. В основном растяжения, ушибы да переломы. Начспаса сегодня нет. Он на чемпионате России по альпинизму в Узунколе. Условия просты и суровы: за две недели максимальное количество маршрутов. За каждый маршрут – баллы. Наша группа не спешит подниматься в ущелье. Адаптируемся. Брест находится на 156 метрах над уровнем моря. Домбай около 2 000. Вроде ерунда – перепад высот. Но научены, что к мелочам надо относиться серьёзно и не спешить. В трёх часах ходьбы нас ждёт домик пограничников. Как правило, там редко бывают хозяева. Переночуем с удобствами. С введением новых сухпайков в Российской армии (герметичные запаянные пакеты, 1 пакет – 1 сутки), российские солдатики начали в конце концов есть то, что им полагается в ПОЛНОМ объёме. Кто служил – тот знает. И оказалось, что съесть все, что положено – тяжело. И оставляют срочники тушёнку, хлебцы и другую снедь альпинистам и туристам возле сторожки своей. Огромное им за это человеческое спасибо! Двухдневный подход к ночёвкам закончился. Начинаем утренние зарядки, плановые занятия, выходы.  В этом году проходят крупные альпсборы укранинцев: Харьков и Донецк во всех ущельях. Человек двести. Практически на всех стоянках – хоть маленький, но национальный «блакiтна-жовты» флажок. Завидую. Альпинисты всей Беларуси, объединяйтесь!       Нас семеро. Пока ещё мы вместе. И двойка А – ведь это дело чести. Первая вершина в сезоне для меня, первая в жизни для четверых из команды. Узнаю себя: глаза круглые, руки мягкие, и немой вопрос: неужели бывают вершины круче этой? Естественно врут. Не бывает. Эта самая крутая 2а. Даже круче чем вот эта рядышком 5б.:)).        Эмоции переполняют. Вершина взята. Новички посвящены в альпинисты трёхкратным ударом веревки по плечам и по пятой точке. Теперь наши девушки точно знают силу нашей любви – ведь мы привели их обратно в лагерь живыми и невредимыми. Готовимся к следующей вершине. Перевал. Ночёвка. Началась непогода. Думали пересидим. Но эта капризная «женщина» пересидела нас, затянув свою дождливую песню на семь суток. Маршрут красивый и острый с перепадом высот в 1 000 метров покрылся тоненькой ледяной коркой. Не Крым. Плохое лето. Спустились в базовый лагерь. Чтобы люди не раскисали – проводим ледовые занятия невдалеке от лагеря. Ледник старый, красивый, пологий. Но страху с непривычки можно натерпеться: - Юр-ра!!! Ледник трещит!!! – пятнадцатилетняя Дарья цепляется в руку отцу и испугано смотрит на меня. - Это нормально. Ледники всё время трещат. Они же текут, но медленно. Специально, чтобы мы не расслаблялись.   Вернулись в лагерь. А там – праздник. С маршрута спустились Харьковские мастера. В тройке за четыре дня прошли бастион на Домбай Главный 6а. Удивительно простые ребята. За плечами огромное количество сложных маршрутов (у одного даже весной 2008 – восхождение на Эверест), а кичливости – ноль. Почувствовав белорусскую гостеприимность (гитара, река чая и две фляжки  дагестанского коньяка), харьковчане сняли обвязки и до часа ночи пели с нами песни у наших палаток. Настоящие альпинисты – они как дорогой и редкий клинок. Им можно гордится. Но им нельзя показушно размахивать на улице и кричать, «смотрите какой у меня ножичек».  Несмотря на то, что по всем интернет службам передавали непогоду ещё дней на пятнадцать, над Домбаем появилось солнечное нестойкое окошко. Чем мы и воспользовались. Вечером выход на перевал. Ночёвка. В 6.00  - штурм. И в 13.30 мы на вершине. Пройдено около тысячи метров маршрута по острому гребню. Такому острому, что порой через него нельзя было страховать – разрежет верёвку. «Птышский нож» - он и есть нож, но побольше. Воодушевлённые подъёмом, начинаем спуск. Вот тут-то и сработал «закон Мерфи»: если вам кажется, что дела идут тяжело, то это неправда… на самом деле они гораздо хуже.:) Спуск по острому гребню это всегда огромный шанс уйти маятником вплоть на всю длину верёвки. А спуститься по короткому пути ?.. Не-а. Хрен редьки не слаще. Там очень сыпучие кулуары. Внизу под нами на леднике видны выбросы камней. Идем медленно, но верно по пути подъёма. Темнеет так быстро, что не замечаешь времени. Уже 19.00. Вот и 21.00. В 23.30 мой напарник, вися на руках (ноги на трение) над 300 метровой пропастью, сказал, что хочет спать, и глаза закрываются. /Вот оно – средство от бессонницы. Очень рекомендую./. Ну что же, спать так, спать. Находим полочку. Бьём крюк, вставляем френд, накидываем петлю – шикарная ночёвка готова. Ноги несколько свисают в сторону Абхазии. Ничего. Мы были готовы и к этому. Правда с водой прогадали. Осталось грамм сто на ближайшие девять часов (шесть часов сна и три спуска). В 5 утра – зарядка. В 5.30 продолжаем спуск. В 8.30 мы на перевале! В лагере, наверно, заждались. Если бы не рации, уже бежали бы к спасам. А так – «Лагерь-лагерь. У нас всё нормально. Висим в 100 метрах над перевалом. Ночуем. Приём».  Встреча воодушевляет. Из припрятанного печенья и сгущёнки сделан торт. В нашу честь на трекинговой палке поднят флаг.       Вечером на стоянку пришли москвичи. У них неприятные новости. На траверсе двух единичек Б  (гора Сулахат) сорвались украинские инструктора II категории. /Уж не наши ли харьковские знакомые? Нет. Наши были первой категории./ Никто ничего не видел, не знает. Просто ушли вперёд от основной группы. Погода была хорошая… Нет разницы, гдё ты допустишь ошибку. На низшей категории или на высшей. Цена одна. Или две. Но с небольшой разницей.       Вот чем хорош Домбай, так это своей большой концентрацией всего хорошего на метр квадратный. Каждое из четырёх ущелий, отходящих от посёлка, не похожи друг на друга. Вплоть до растительности. Разнообразие огромное. У тех, кто разбирается в названиях трав, просто голова разрывается от такого великолепия. Вершины – любые в любой стороне. От единичек до шестёрок. После восхождений и прогулок – отдыхай, не хочу. Ещё остались несколько целых корпусов от альплагеря профсоюзов по цене 50 руб. за место в сутки. Сносные душевые в гостницах от 20 до весьма неплохих за 50 руб. с человека. Рестораны, Интернет, магазины, прокат. Перепакуете рюкзаки за несколько часов и можно снова вверх.       По пути на Суфруджинские ночёвки встречаем группу йогов, уже 9 дней стоящих возле ручья и готовящихся к восхождению на 1б. Им бы потренироваться на скалах и на льду. А они всё дыхательные упражнения делают, да асаны принимают. Видать попутали виды спорта. Йоги идут налегке. Говорят, что у них вверху в надёжном месте несколько забросок. Наивные. Они ещё не знают, что эти все заброски нашли дикие козлы и распотрошили на метров 200 в диаметре. Глубже копайте, господа! А то сверху камушком приложили – и готова «заброска»?.       Сидим на верху. Видимость 150 км. Вокруг лёд да снег. Мы как продукты в холодильнике. А в далеке километров 90 ближе к Эльбрусу самолёты летают. Красивые тепловые ракеты отстреливают. Ночью темнота озаряется светом с гулким эхом. «Угхммм..». Небось россияне учения устроили.. Звоним на Родину. Там паника. «Как вы, ребята? На Кавказе война. Вы живы?» - «Живы. Живы. Слава Богу». Война далеко. В Осетии. Когда настреляются на Кавказе?       «С горы мы пришли с синяками». Да нет, только мелкие ссадины. Под конец спуска с ночёвок расслабляешься. Вершины позади. Одолевает чувство мелкого героизма за совершённые подвиги. Внимание расслабляется. Нога цепляется за камень. И вот Дарья делает эффектный кувырок с 25 килограммовым рюкзаком в сторону ручья. Проскальзывая метров шесть по морене. Глазки дикие. Руки ловят равновесие, которое только что было здесь. Бросаем рюкзаки и в два шага спускаемся к ней. Всё нормально. Расцарапала ногу от пятки до бедра, да маникюр испортила.       «Если хочешь есть варенье – не лови, приятель, мух!» Руководитель альпинистского клуба «Рубеж», г. Брест Юрий Кожухов