Меню Содержимое
Интервью со Станиславом Шабуней Версия для печати Отправить на E-mail
Написал(а) Alena   
21.06.2006 г.
Станислав ШабуняСтанислав Шабуня, мастер спорта СССР по альпинизму, дал интервью нашему клубу накануне выезда в горы. "Если будем в форме, и все будут хотеть и мочь, пойдем на стену. Но в любом случае широкое общение, свежий воздух и активные физические нагрузки нам обеспечены."

Клуб Хан-Тенгри: Станислав Иванович, каковы Ваши планы на лето?

Станислав Шабуня: Собрать коллектив друзей, приятных в общении, сильных духом и спортивным мастерством. Хорошо выехать в горы, провести активно период акклиматизации и тогда принять окончательное решение о выходе на траверс Безенгийской стены (район Безенги, Кавказ. Прим. ред.). Если будем в форме, и все будут хотеть и мочь, пойдем на стену. Но в любом случае широкое общение, свежий воздух и активные физические нагрузки нам обеспечены.

Х-Т: Как Вы можете прокомментировать ситуацию в белорусском альпинизме?

С. Ш.: Ну тут уже все дело в философии, и более того она как бы, может быть, не разделяется многими альпинистами. Я считаю, что теперешнее развитие, или там не развитие, а жизнь альпинистского сообщества все в большей и большей мере приближается к образу альпинистского сообщества западного типа, то есть очень сильно индивидуально, очень сильно опосредовано деньгами; и вопросы безопасности, поддержки друг друга находятся глубоко сзади. Если в наше время это было в первую очередь команда, в первую очередь дружеские отношения, а спорт как бы был там, но не играл абсолютно главного значения и самое главное, что этого абсолютно давлеющего момента денег тогда не было. Тогда были, кто мог. То есть, что значит мог? Физически здоров, имел хорошую голову, умел наладить хорошие отношения с друзьями и его уважали, и он уважал своих друзей. Он ходил в горы, и это было главным критерием. А сейчас главный критерий - смог ты насобирать денег или не смог. Это абсолютно мне не нравится, это я глубоко не принимаю. Но, принимаю я, не принимаю, жизнь бежит в эту сторону.

Х-Т: Какие, по-вашему, могут быть последствия?

С. Ш.: Это будет вести к тому, что, конечно же, массовость будет несравнимой с той, которая была в Беларуси в советские времена, количество несчастных случаев будет, безусловно, больше, относительно людей, которые занимаются альпинизмом, то есть в процентном соотношении. И понятно почему. Человек насобирал своих денег, он имеет короткий отпуск и он хочет за уплаченные деньги получить максимум удовольствия. Есть вещи, которые можно купить за деньги, но акклиматизацию за деньги не купишь, тренированность за деньги не купишь. На это нужно тратить время, проводить много времени, готовиться, а не пытаться за короткий срок везде все успеть. Поэтому это самый короткий путь к травматизму разного уровня. Соответственно страдает систематическая подготовка, физическая, акклиматизация и все остальное. В этом плане к этому надо быть готовым, и такой альпинизм будет всегда более травматичный и куда менее массовый, чем тот, который был у нас.

Х-Т: Существует мнение, что ценности и приоритеты в альпинизме, формируются клубами, федерациями, политиками и чиновниками от альпинизма. Однако, насколько нам известно, Федерация альпинистов Беларуси не имеет особого влияния на самих альпинистов. Каково Ваше мнение?

С. Ш.: Тут все очевидно. Я абсолютно не верю, что где-то на западе какие-то приоритеты устанавливаются какими-то чиновниками. Этого нет. Там все устанавливается деньгами. Это абсолютно понятно. Люди, которые ходят на очень серьезные восхождения, всегда ходят за деньги каких-то спонсоров. То есть они работают на рекламу, они за счет рекламы получают деньги. Они потом, имея успех, становятся профессиональными гидами, получают там деньги. Это все опосредованно деньгами, и никакими чиновниками. Сейчас в Беларуси вообще это абсолютная самодеятельность. Федерация не имеет денег и никаких рычагов для управления.

Х-Т: Зачем же она нужна?

С. Ш.: Абсолютно по инерции, и я не вижу никакой положительной роли в ее существовании. Если люди хотят придти на Федерацию, поговорить там, тряхнуть стариной... Остались какие-то мелкие моменты. Она получила снаряжение, эта Федерация. Она его раздала. Кому? Всегда, когда раздается снаряжение, это проблема. Эта проблема была и будет, когда что-то бесплатное раздается, то будут довольные и будут недовольные. Я не хочу вообще обсуждать этот вопрос, потому что, в общем-то, снаряжения там было не столько, чтобы этот вопрос говорил о какой-то там коррупции. Я абсолютно уверен, что никакой коррупции не было. Никаких денег представители Федерации на этом не заработали. Было бы разумно, если бы эти деньги, это снаряжение было использовано для какой-то команды. Но фактически команд нет. Люди собираются, теперешние команды, опять же по принципу желания и финансовых возможностей. Далеко не самые сильные, далеко не самые тренированные попадают в  эти экспедиции. Важно большое желание и необходимый финансовый уровень. Лично вот мне, я конечно глубоко по возрасту опоздал и по тренированности, но даже туда, куда я бы мог поехать, исходя из своих личных финансовых средств, без команды я не поеду. Мне это неинтересно, и совершенно не влечет приехать куда-то одному или за счет того, что у тебя есть деньги, к кому-то привязаться, у кого-то купить кислород и куда-то там взойти, это меня абсолютно не интересует. Вырос я иначе. И едем мы в Безенги потому, что все кто собрался, могут туда поехать, и все это близкие люди, а не случайный набор. Поэтому до тех пор, пока у Федерации не будет материальных средств, которыми она могла бы привлечь способных молодых альпинистов и дать им возможность ходить в горы не за свои деньги, а за деньги Федерации, она не будет иметь никакого веса. Представить себе, что в Федерации находятся очень уважаемые альпинисты, ну и дальше что. Что они могут решать? Если у них нет денег, они ничего не могут решать. Они могут дать совет. Так если ты человек уважаемый и знающий, к тебе и так придут, и так у тебя спросят, и так дашь совет. Поэтому я не против, чтобы она существовала. Я просто реально понимаю, что она мало что может сделать. У нее нет рычагов ни запретить, ни разрешить, непонятно, чем она может помочь. Создание Федерации на основании взносов альпинистов, я думаю, это не получится, в связи с тем, что это финансово сложная комбинация, и я не предвижу, что будет такое количество низовых организаций, которое будет нести деньги, для того чтобы собрать какую-то команду в Беларуси. Только государственные деньги могут быть использованы для нужды серьезного массового физкультурного движения. Если будет широкое физкультурное движение, будет и хорошая спортивная верхушка. Сейчас, как и во всем, происходит сужение базы. И на этой узкой базе может появиться один человек, другой, вот как Саша Максименя. Он имеет великолепные данные, большое желание, но он один. Он и будет ходить как одиночка. Это не команда. Те, кто наши блестящие высотники – это тоже не команда, это тоже разные люди, которые сходили на высокие горы. Я совершенно преклоняюсь перед их упорством, но все равно это не команда. И это не обеспечит никакой популярности альпинизму и его росту вширь. Для того чтобы альпинизм рос вширь, нужны финансовые возможности повезти людей, которые хотят физически, психологически и могут. 

Х-Т: А нужно ли, чтобы альпинизм  рос вширь?

С. Ш.: Вообще вширь должно расти физкультурное движение. Если сказать, что давайте мы всех охватим игрой в теннис или игрой в волейбол, или бегом на дальнюю дистанцию, в общем-то, это неестественно. Должны быть люди с разными интересами. Один прыгает, другой бегает, третий в горы едет. Но для того, чтобы можно было говорить об альпинизме в Беларуси, он должен иметь какую-то массу. Если там будет 10 человек, ну 10 человек. У нас есть 10 человек, которые на яхте катаются по морю. Но никто же не говорит, что у нас тут есть какое-то движение яхтсменов, яхт-клуб. Может быть, в Беларуси есть пару человек, которые играют в гольф. Ну и что? Если будет на этом уровне альпинизм, то  про него можно не говорить. Это движение, которое не имеет никакого социального значения. Если в наше время занималось больше тысячи людей, каждый год выезжало пятьсот-семьсот человек в альплагеря (это только выезжало в лагеря, а секции были куда шире), то можно говорить о физкультурном движении. Это была весомая часть. До сих пор еще можно встретить здоровых людей, которые выросли в то время, которые себя хорошо чувствуют, еще даже работают на благо нашей науки. А поросль новая, которая растет, она не такая густая.

Х-Т: Спасибо, Станислав Иванович, за интересный разговор. Альпинистский клуб «Хан-Тенгри» и редакция сайта hantengri.org  желает Вам хорошей погоды и успеха.